?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Previous Previous Next Next
Собственно, как и обещал - Александр Золотько
alfhunter
alfhunter
Собственно, как и обещал

Опыт окололитературного разоблачения лжеца.
Преамбула.

Можно было, конечно, ограничиться простой констатацией факта – Олег Семенович Ладыженский лжец, запустить это в Сеть в нынешних традициях, а потом либо дождаться вызова в суд со стороны оскорбленного, либо с удовольствием знакомиться с волной возмущения и протеста по поводу самого оскорбления, содержания оскорбления и, самое главное, личности оскорбителя.
Можно даже заранее предсказать, что среди аргументов защиты (стихийной и непосредственной, как водится), будет личная неприязнь оскорбителя к пострадавшему (безвинно пострадавшему), зависть, непорядочность, ну, и тому подобный джентльменский набор штампов.
Поэтому, для начала, так сказать, заранее, соглашусь с одним из вышеприведенных аргументов – да, личная неприязнь имеет место. Как там в фильме «Мимино» - «Испытываю к пострадавшему личную неприязнь».
Испытываю, но к сути затронутой проблемы это отношения не имеет. «Да-да! Имеет! – вскричали фанаты. – Сам признался, а это значит…».
Собственно, это значит только одно – лично я знал о несовершенстве морально-этического мировоззрения Олега Семеновича давно, но к своему стыду молчал об этом. О чем сейчас искренне сожалею.
Молчал я долго, молчал бы и дальше, не имея привычки выдвигать обвинения, не имея однозначного документального подтверждения своих слов. Кстати, из предыдущего предложения следует, что раз уж я обвиняю, то имею… да-да, документальное подтверждение. Но об этом чуть позже.
Итак, подвигло меня на разоблачение знакомство с короткой, но очень содержательной перепиской известного писателя Генри Лайона Олди на странице гостевой книги со своей поклонницей и некстати подвернувшимся редактором.
Да, чуть не забыл, вначале я буду говорить о… как бы это помягче… неоднозначности поведения писателя Олди в целом. О потенциально опасной неоднозначности. И уж потом перейду лично к Олегу Ладыженскому.

Глава первая, в которой совравшему отчего-то верят больше.

Все, кто предпочитает лично увидеть доказательства, могут легко познакомиться с полным содержанием той самой переписки. Для остальных – краткий пересказ.
Поклонница, обнаружив что «не самый литературный, в смысле качества содержания» журнал разместил на своих страницах рассказ Олди. Сей факт настолько поразил поклонницу, что она сразу заговорила о «бумажном пиратстве» и попросила писателя подтвердить (или) развеять ее подозрение.
Писатель сразу же подозрение подтвердил, сообщил о том, что узнал о публикации только что, от поклонницы, что редакция разрешения не запрашивала и, соответственно, не получала. «Так что это «пиратство» чистой воды», - патетически заявил Олди, но указал, что «принимать какие-либо меры по этому поводу не станем: уж как-нибудь, не обеднеем… а ввязываться в разбирательства с подобными изданиями – велика честь для них будет».
Прошу обратить внимание – разговор о чести «подобных изданий» первым начал именно Олди. Сказано было с внутренним достоинством и убежденностью в том, что недостойны эти издания даже для разбирательства. При переводе на обычный язык, это может звучать как «повезло жуликам, не охота руки марать».
Что и было с удовлетворением отмечено поклонницей, которая «должна признаться, в нем (в ответе) и не сомневалась». Дальше - о моральном облике « писателя и редактора», к которому «нечего прибавить».
Не знаю, что там у редактора с моральным обликом – честно не знаю, фамилию прочитал впервые, ни лично, ни заочно не знаком, но у меня он рассказов не тырил, что указывает либо на низкое качество моих текстов, либо на тонкий вкус редактора, либо на то и другое вместе взятое. Так что, про моральный облик редактора – не знаю, а вот то, что зрение у него хорошее и читать он умеет, продемонстрировало собственное письмо редактора, который лаконично указал на несколько важных для понимания обстоятельств дела, моментов.
Оказывается, по утверждению редактора, он писал письмо с просьбой о предоставлении текстов и более того, получил ответ и два рассказа. Отметим для памяти, что это означает минимум два письма в компьютере г.Олди: входящее – исходящее. И что-то мне подсказывает, что нет у писателя привычки, стирать письма сразу после отправления. Даже, если подобных писем приходит десятки в день.
Далее неугомонный редактор указывает, что отправил Олди несколько номеров журнала и получил подтверждение, что они автором получены. А это означает наличие минимум еще одного исходящего письма в архиве, журналов в доме, и необходимости как-то высланные журналы получить, на почте, на вокзале, ну, или от курьера.
Но самое главное и опасное для совравшего писателя – у редактора вполне могла сохраниться квитанция на пересылку посылки. А это уже – документ, уличающий во лжи.
Первой отреагировала поклонница и написала «*флегматично* В данном случае я стопроцентно верю Олди, а не гражданину «Костыркину» (почему-то фамилия в кавычках), постфактум пытающимся оправдаться в некрасивом деянии».
Еще один замечательный с точки зрения прикладной психологии момент. Поклонница отчего-то «стопроцентно» верит Олди. С чего бы это? Ссылки на доказательства как раз были у редактора, и их можно было легко у него потребовать. У Олди было только голословное утверждение и прямое оскорбление. Но верят ему. Стопроцентно. Поклонница не желает видеть очевидного? Она лично знакома с редактором и неоднократно ловила его на лжи, а Олди не ловила? Ситуация-то неоднозначная.
Олди говорят о чести, дама о некрасивых деяниях, оправдываемых постфактум, и никто из них не предоставляет даже намека на доказательства! Хотя бы намека, господа!
Известному англоименному писателю нужно что-то делать. Нужно выбирать, и этот выбор неприятен, очень неприятен. Нужно либо продолжать врать, рассказывать о том, что редактор все придумал, благо поклонница, которая верит, такая не одна, либо признаться, что солгал (вольно или невольно). В этом случае еще нужно как-то пояснить поклоннице, как высокохудожественный текст попал в издание, для которого и разбирательство будет великой честью, а не то, что законная публикация. Потеря лица, как говорят самураи, в любом случае. Но ведь есть угроза существования доказательств, писем, квитанции… А это, реальная основа для разбирательства в суде. За оскорбление и нанесение морального ущерба.
И г. Олди совершает штуку, которую люди не слишком воспитанные, вот такие, как я, называют «финт ушами».
Олди извиняется, приведя самый расхожий в среде лжецов аргумент – склероз. И самое обидное, аргумент порченный изначально. Если любому из нас задают вопрос, какой угодно, абсолютно на любую тему. Но ответ на этот вопрос может оскорбить человека. Подчеркну – неправильный, нечестный, неправдивый, лживый ответ.
Что делает порядочный человек в таком случае?
Правильно – уточняет, наводит справки. Поднимает архивы. Чтобы, не дай Бог, человека, партию, государство, расу или национальность не оскорбить. И не оболгать, пусть даже помимо своей воли. Иначе человек порядочный поступить не может, не потеряв этой самой порядочности.
Можно забыть о беседе за рюмкой чаю, или в сутолоке конвента. Не у кого уточнить информацию. В таком случае человек порядочный отвечает приблизительно следующее: я не помню, чтобы давал такое разрешение, не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, поэтому предлагаю господину редактору связаться со мной и лично все разъяснить. Можно было бы еще намекнуть поклоннице, что давать такие оценки людям, не имея оснований в данном конкретном случае, нехорошо, но можно и не намекать – это дело поклонницы и ее взгляда на порядочность.
Таким образом, сознательно солгав или помимо воли, Олди в любом случае поступил не слишком порядочно. Совсем не порядочно поступил г.Олди.
И спохватился.
Принес журналу свои искренние извинения. Оказывается, полгода назад, Олди действительно предоставил рассказ для публикации в журнал, даже «ввязываться в разбирательства» с которым – «велика честь для них будет», в журнал, «не самый литературный, в смысле качества содержания».
Все в этом письме не просто так. Полгода упомянуто не зря, оно должно указать, что давно все это было, что вполне мог писатель забыть о переписке и посылке. И снова отчетливо видны белые нитки. Полгода назад было на момент переписки (а это было как бы не в январе, в крайнем случае, в феврале). Рассказ вышел в десятом номере, а это октябрь, всего за два месяца до приступа склероза. Номера журнала были отправлены в Харьков, пусть от момента выхода журналов прошла неделя, но даже при всех этих высоких скоростях посылки уже даже не два месяца срока для развития невольного склероза, а немного меньше.
Склероз? Давайте поверим, тем более что в конце письма Олди еще раз подтвердил законность публикации и принес извинения журналу за невольную дискредитацию.
Наверное, журнал и редактора такое извинение устроило. Не устроило оно меня и вот почему.
Завтра с подачи такой же поклонницы-поклонника-собственной порядочности Олди «невольно» дискредитирует еще кого-нибудь. Олди «невольно» назовет кого-то вором, «невольно» оболжет кого-нибудь, «невольно» совершит подлость, и снова поверят ему, стопроцентно поверят, потому что… привыкли, что ли…
Во всяком случае, поклонница вышла из переписки со стопроцентной уверенностью как в своей правоте, так и в правдивости Олди. «Тогда журналу повезло. На этот раз». В чем, простите, повезло? В том, что ложь Олди оказалась слишком грубой? В том, что редактор не стал молчать? Но что самое показательное – Олди снова не одернули свою поклонницу.
И остается вопрос – почему?

Глава вторая, о терминах и половинах известных писателей.

Итак, лжец, по Ожегову, лживый человек, тот, кто лжет.
Лживый – склонный ко лжи, обману, содержащий ложь, обман, выражающий ложь, неискренность.
Лже… – первая часть сложных слов со значением:
1) Ложный, коварный.
2) Ложный, мнимый или намеренно выдаваемый за истинное.
3) Лгущий, скрывающий истину.
Так что, человек, сообщивший ложные сведения о другом человеке называется лжецом, независимо от наличия умысла. Но я понимаю, что в таком щекотливом деле, как уличении лжеца, нужно быть особенно аккуратным и осторожным.
Посему я вынужден разделить писателя Олди на две части, на Дмитрия Горомова и Олега Ладыженского. Собственно, к Дмитрию у меня документально подтвержденных обвинений нет, а значит нет обвинений вообще.
Вот сугубая честность и правдивость Олега Ладыженского для меня не факт, совсем не факт. Более того, сомнения в их стопроцентности у меня возникли давно, благо знаком с ним уже достаточно долго.
Именно сомнения, так как наталкивался я несколько раз на возможность разного толкования его поступков и слов, но, повторяю, толкование поступков – вещь достаточно субъективная, особенно с точки зрения тех, кто непосредственным свидетелем таковых не являлся и верить мне на слово не обязан. Посему – не было их.
Сомнение – было. И я никак не мог понять, почему такой респектабельный, талантливый, уверенный господин отчего-то вызывает во мне смутное ощущение эдакой неискренности.
Я честно пытался проанализировать, является оно причиной моей антипатии, или все-таки, следствием. Может, сам не осознавая того, я просто накручиваю себя напрасно и безосновательно?
Нет, то, что как писатель Ладыженский состоялся – сомнений у меня не вызывало, как и то, что Олег Семенович – человек по-настоящему талантливый. А понты… Желание говорить красивыми фразами и выдавать банальности за философские откровения – а кто из нас без греха?
Кто-то нажирается до свинского состояния на конах, кто-то рассуждает о сакральности своего творчества или разглагольствует о своем месте в истории и литературе. Ради Бога, на здоровье. Лишь бы в радость.
Правда, милые странности иногда переходят в ложь, вот тут уж становится неприятно, но… Правильно, не вести же видеозапись за такими лжецами, которые в глаза говорят высоко и красиво, а без свидетелей ведут себя… не так.
Повторюсь – талантливый человек Олег Ладыженский вызывает у меня чувство недоверия, а я не могу понять отчего. Ужасно некомфортно мне было до тех пор, пока вдруг я не сообразил.
Так получилось, что мы с Ладыженским – ровесники, разница в четыре дня. Значит, закончили мы школу одновременно. Да, и жили в одном городе.
Признаюсь, была у меня по окончании школы мысль рвануть в театральный. Тем более что в Харькове в Институте искусств был актерский факультет и факультет режиссера кукольного театра. Подумал я, посомневался, порылся в справочнике для поступающих в ВУЗы для ознакомления с факультетами и специальностями, но потом плюнул на все и попытался поступить в военное училище. Не прошел, отслужил в армии и поступил на вечернее отделение филфака Харьковского Государственного университета, работая в школе при этом.
И получил в результате диплом (не красный) в котором значилось, что я филолог, преподаватель русского языка и литературы. Подчеркиваю – вначале – филолог, потом – преподаватель. На филфаке пединститута в дипломах значилось – учитель русского языка и литературы, филолог. Акценты государством были расставлены однозначно, порядок слов в названии профессии был неслучайным.
Да, так о чем это я?
Об Олеге Ладыженском. Несколько лет назад, в очередной раз натолкнувшись на биографию господина Ладыженского, я вдруг сообразил, что он, широко известный литератор, славен еще и тем, что является профессиональным режиссером.
Кто такой «профессиональный режиссер»? Это тот, кто закончил специальный ВУЗ и работает по специальности. Или не закончил специальный ВУЗ, но своим талантом завоевал право так именоваться.
С этой точки зрения в биографии Ладыженского все в порядке. Везде указано, что он с отличием закончил Харьковский государственный институт культуры, о чем существует приказ №80-С от 5 июля 1984 года, причем, именно с отличием, как неоднократно рассказывалось и лично Олегом Ладыженским, его биографами, цитировалось журналистами, отмечалось на сайтах.
Но, черт, побери, я же сам хотел поступать на режиссерский! Как же я мог тогда, в восемьдесят четвертом, прозевать режиссерский факультет? Упустил свой шанс? А вдруг, чем черт не шутит, попал бы я туда, поступил бы чудом и даже учился бы вместе с Ладыженским. Обидно ведь, согласитесь.
И вот совсем недавно я вспомнил, что являюсь профессиональным журналистом и даже членом Союза журналистов Украины, и работал редактором отдела расследований.
В общем, копия того самого приказа попала мне в руки. Вместе с учебным планом, по которому учился Ладыженский.
И я испытал чувство, близкое к потрясению. Его там не было! Не было и все!
То есть, Олег Семенович Ладыженский в списках значился. И в приказе фигурировал. Не было такой специальности «режиссер театра». Не было, и все тут.
Те, кто помнит Харьков середины восьмидесятых, помнят, что такое был Кулек, извините, Институт культуры. Это был бывший библиотечный институт, предназначенный для подготовки библиотечных работников.
Кстати, харизма Ладыженского сыграла и тут свою роль, никто не обратил внимания на то, что учился он по специальности «режиссер театра» всего четыре года. Маловато будет. Но закончил не экстерном. С отличием, но не экстерном.
Странно?
Предлагаю всем желающим провести небольшой эксперимент – запустить поиск в Интернете по словам «Закончил Харьковский государственный институт культуры по специальности «режиссер тетра»». Попробуйте, результат получится более чем забавный. Те, кто не верит в очевидное, могут изменить формулировку, поискать варианты. Результат будет один и тот же – только один-единственный человек закончил Институт культуры по специальности «режиссер театра», с отличием или без.
Скажите, как его зовут?
Правильно, зовут его Олег Семенович Ладыженский.
Неужели не странно? Ну, не верится, что целый курс, вся группа состояла из одного, пусть даже безмерно талантливого студента. А вам верится? То-то же.
Не веря своим глазам, я прочитал приказ о присвоении квалификации и выдаче дипломов об окончании Харьковского государственного института культуры выпускникам стационара факультета КПР.
КПР, подумал я. Что это за странное сокращение – КПР?
Так вот, оказывается, господин Ладыженский сумел закончить институт по специальности «режиссер театра», отучившись четыре года на факультете КультПросветРаботы – КПР. И были уверены в институте, что присвоили Олегу Семеновичу Ладыженскому квалификацию по специализации «культпросветработник, руководитель самодеятельного театрального коллектива».
Хотите об этом поговорить? Или объяснить мне, каким образом «режиссер театра», да еще – профессиональный режиссер, превращается в культпросветработника, руководителя самодеятельного театрального коллектива?
Нет, можно, конечно, стопроцентно верить Олегу Ладыженскому, но я готов предъявить любому желающему копию приказа и учебный план, зафиксировавший то, чему именно обучали будущего профессионального режиссера.
Помимо общеобязательных марксистско-ленинских предметов и предметов театрально-значимых (сценречь, история театра, грим и т.п.) имеем:
«Методика работы с самодеятельным коллективом»
«Марксистско-ленинская теория культуры»
«История культпросветработы»
«Клубоведенье»
«Технические средства кульпросветработы»
«Экономика и организация учреждения культуры»
«Методика работы с самодеятельным театральным коллективом».
Советское государство очень точно знало, кого и для чего готовит. И если писало вначале в дипломе «учитель русского языка и литературы», то, значит, в первую очередь рассчитывало на этого специалиста, как на школьного учителя. И к этому его готовило. Потом уж – филолог и связанные с этим профессии, в том числе, даже библиотекарь и руководитель самодеятельного коллектива.
И в Институте культуры государство за четыре года планировало подготовить и готовило кадры идеологического фронта, работников клубов, домов культуры и Дворцов пионеров. Разница между режиссером театра и руководителем самодеятельного театрального коллектива приблизительно такая же, как между выпускником Литинститута и филфака пединститута. Оба связаны с литературой.
Нет, каждый мог и до сих пор может силой таланта подняться к самым вершинам успеха. Врач скорой помощи становится певцом, психиатр, стоматолог, сварщик, милиционер, учитель русского языка и химик становятся писателями. Настоящими, известными писателями. И культросветработник становится известным писателем, и никого не угнетает официальное образование писателя и музыканта, кроме, как оказалось, культпросветработника.
Что это? Желание выглядеть лучше? Корысть? Гипертрофированное самолюбие?
Полагаю, вопрос этот лучше всего задать самому единственному на весь Интернет выпускнику Харьковского государственного института культуры по специальности «режиссер театра».
Он может очень легко уличить меня во лжи. Для этого Ладыженскому будет достаточно выставить в Сеть скан диплома КВ №791678 с указанной им самим специальностью.
И я тут же извинюсь за невольную дискредитацию. Два раза.
До тех пор я буду утверждать, что Олег Семенович Ладыженский – лжец.

Заключение.

Что написано – то написано. Каждый волен понимать это по-своему. Я прекрасно сознаю, что виновник торжества может промолчать, предоставив своим поклонникам и поклонницам стихийно обливать меня грязью, уклонившись от сути проблемы.
Понимаю, что кто-то поведется на вид обиженного достоинства писателя, бросится обвинять меня в подлости, начнет прикидывать, почему это я все затеял.
Странный вывих логики. Когда кто-то уличает лжеца во лжи, то сразу возникает вопрос – зачем он это делает. Вопрос о том, зачем врет лжец – обычно не возникает.
Собственно, писалось и расследовалось все с совершенно конкретной целью.
Чтобы в следующий раз, когда склероз заставит известного и, безусловно, талантливого автора соврать и совершить поступок, с порядочностью слабо совместимый, поклонник или поклонница не проникался стопроцентным доверием к любимцу, а тихо, по-свойски, посоветовал не заниматься такими неприличными вещами.
Напоследок: то, что Олег Семенович не получал специальность «режиссер театра», не умаляет его успехов, как писателя. И то, что он лжет – не добавляет ему чести. А зачем лжет Ладыженский, какую цель преследует – я обсуждать не буду.
В конце концов, никто и не обещал давать ответы на все загадки Мироздания.
8 comments or Leave a comment
Comments
temnata From: temnata Date: May 5th, 2010 08:06 pm (UTC) (Link)
Пожалуй, позволю себе ответить. Когда-то я впервые плакала из-за мужчины, прочитав биографию Есенина. С тех пор смирилась с тем, что среди очень талантливых людей бывают очень разные люди... Но что касается лжи, ну то есть вопросов о том, какая цель преследуется - очень подозреваю, что никакая. У нас в компании есть юная леди, которая все время врет, или как она говорит "сочиняет". И там она была, и то видела... Причем человечек очень и очень славный - всегда поможет и вообще. Когда-то стали ловить ее на несоответствиях, но она разрыдалась и долго спрашивала "Ну да. Ну не было этого. но вам то что? вам что жалко?" И вот с одной стороны хочется спросить "Вам что жалко?", а с другой стороны мы всегда новых людей в компании предупреждаем, что то, что она говорит стоит делить на десять - так что спасибо за предупреждение.
alfhunter From: alfhunter Date: May 6th, 2010 03:15 pm (UTC) (Link)
Собственно, ради этого и писалось. Предупредить о том, что имеет человек склонность говорить РАЗНОЕ, о себе и о других. Пойман с доказательством на этом. По другим случаям - доказательств не собирал. Надеялся, само рассосется. Мы все, к сожалению, пытаемся верить в лучшее. Но если он врал и пойман, пусть, по вашему мнению, даже врал без цели, у кого есть твердая уверенность, что он не врал и в других случаях, и уже не так бескорыстно?
ptitsarukh From: ptitsarukh Date: May 10th, 2010 10:02 pm (UTC) (Link)
Блин. Как поссорились Александр Карлович и Олег Семёнович :(

Саша, ты знаешь, как я тебя люблю и уважаю - но и Олега тоже.
Откровенно говоря, в твоей филиппике не хватает маленькой, но существенной деталюшки: причины, по которой ты испытываешь "личную неприязнь". Ты же, в конце концов, не Дон Кихот - на каждую мельницу бросаться? Вот и вопрос: кто кого индюком-то назвал?

В любом случае, скучно жить на свете :(
alfhunter From: alfhunter Date: May 12th, 2010 09:25 pm (UTC) (Link)
Мне казалось, что я высказался внятно и однозначно. Мне не кажется, что от причины обиды кто-то станет порядочнее, а кто-то противнее. В конце концов, когда ты участвовал в разборке по поводу некоего некоректно высказывавшегося и писавшего литератора, я на помню, чтобы ты называл иные причины, кроме отвращения и неприятия. Нет? И обрати внимание - виновник торжества ни полслова не сказал и не написал по поводу своей лжи. Не о причинах, хрен с ними, а о том, что да, соврал, не режиссер ни в одном глазу, столько лет вынчивался и поучал, а тут такая задница для сенсея... Он извинился? Изменил показания в своих биографиях? Полагаешь, что одного этого не достаточно, чтобы отреагировать? А индюком... У меня нет документальных подтверждений для очень многих действий виновника торжества. Начать об этом говорить - кому это интересно кроме сплетников? Я выслушал за десять лет ЗМ много всяческого дерьма и о себе, и о других, но все интимно, без свидетелей. Начать озвучивать это - значит прослыть клеветником. Мне кажется, что уличить человека в подлости (а случа)
alfhunter From: alfhunter Date: May 12th, 2010 09:27 pm (UTC) (Link)
продолжу - а случай с редактором журнала - подлость, как тут не крути, и уличить во лжи - с документами в руках, достаточное условие, чтобы на будущее просить всех, в том числе и господина Ладыженского, быть немного аккуратнее и в действиях, и в понтах. Нет?
ptitsarukh From: ptitsarukh Date: May 13th, 2010 03:52 pm (UTC) (Link)
Согласен, случай с журналом не слишком презентабелен.
Что до второго примера - извини. Лёгкая ретушь на биографии - это где-то даже в традиции и ничего дурного, тем более - подлого, я в этом я не вижу.
В конце концов, Фолкнер долго разливался о своих подвигах в Первую Мировую, пока особо дотошные не сличили даты и не выяснили, что никак он нее мог быть военным лётчиком в те годы.
А уж как ловко манипулировал своей биографией тот же Набоков!
В этом свете факт того, что человек слегка изменил дипломную формулировку, не вызывает эмоций вообще - у стороннего, не имеющего предубеждений человека.
Больше того: когда сперва декларируется тезис о непорядочности Имярека, а затем этот тезис иллюстрируется двумя примерами - из которых один в принципе не убедителен, возникает резонный вопрос о причинах, в силу которых возникла подобная филиппика. Складывается ощущение, что истинные мотивы в другом, а приведённые примеры к мотивам отношения не имеют - что и вызвало мой вопрос, согласись, вполне резонный.

Видишь ли, Олег ни разу не похож на рождественский подарок. Кто ж спорит. Но на него вообще мало кто похож. Я вот, например, точно не рождественский подарок. "Компромат", вроде собранного тобою на Ладыженского, без труда найдётся на любого - на меня, на тебя. Вопрос в том, что плохого сделал Олег тебе, чтобы ты целенаправленно стал на него нападать. Без ответа на этот вопрос зачинщиком раздора выглядишь именно ты - а это, в общем, не слишком вяжется с моим о тебе мнении. И кстати - ты оценил гробовую тишину, сопроводившую твой "вброс компромата"?

Я ведь не зря Гоголя процитировал. Я ведьготов поставить гинею против пенни, что началось всё с мелочей, в принципе не стоящих внимания - хотя, возможно, где-то ущемляющих самолюбие одного из фигурантов. Так это то, что называется "рабочий момент", который и решать стоит во внутреннем кругу - или выносить на широкое обсуждение, если угодно - но именно исходный конфликт между вами, а не воспоследовавший компромат.

Извини, но таково моё мнение - которое я и высказываю тебе на правах хорошо относящегося знакомого.
alfhunter From: alfhunter Date: May 13th, 2010 08:57 pm (UTC) (Link)
Отмечу - первый случай был охарактеризован мной как подлость. Второй - как ложь. Не путайте меня, я и сам запутаюсь. Фолкнера и Набокова на лжи поймали? А чем Ладыженский лучше? О том, что тебя и меня могут также поймать... Ты что, действительно не заканчивал философского факультета? Я свой филологический закончил честно и с гордостью об этом говорю. Ладыженский молчит - из гордости или из трусости? Тут наши мнения тоже могут расходиться, но гордые люди обычно не лгут и не подличают. Значит - трусит, сенсей. Если бы на лжи поймали меня, то я бы либо извинился, либо набил клеветнику рожу. А ты?
Оборот "слегка изменил дипломную формулировку" потрясает своей четкостью и обтекаемостью. Что дальше? Чуть-чуть откорректировал срок жизни человека? Несколько пересмотрел свое отношение к вопросам собственности? Подправил нижними конечностями внешность ребенка?
Свою гинею ты проиграл. На провокацию я не поддамся и не стану высказывать то, чего не смогу подтвердить документально, но при личной встрече, так и быть, обменяю твою золотую монету на мою информацию. Хотя, боюсь, ты внимательно меня выслушаешь, а потом скажешь, что я бездоказателен, а без доказательств... И так далее.
По поводу молчания.
Ты точно уверен, что со мной никто не связывался приватно и не восхищался? Точно уверен? Кстати, волны возмущения тоже не видно. Информация, судя по всему, принята, и она, похоже, не слишком многих удивила.
В позапрошлом веке приличные люди не подавали уличенным лжецам руки. Людей не удивляло то, что лжеца в лицо назвали лжецом, а подлеца - подлецом. Людей удивляло, как посмели лжец и подлец лгать и подличать. Неужели мы так изменились, Аркадий? Ведь тут все просто: либо я - клеветник, либо он - лжец. Третьего не получается.
Ты уж определись.
ptitsarukh From: ptitsarukh Date: May 14th, 2010 02:04 pm (UTC) (Link)
Между прочим, я никогда и не говорил, что у меня диплом философа. Я говорил, что у меня философское образование - это не одно и то же. Историю о неполучении мною диплома я даже как-то описывал здесь - задолго до твоего вЖЖивления :)
Кстати, тебе, как филологу, известен факт того, как Александр Сергеич обвинил Толстого-Американца в "нечистоте на руку" - на что тот отреагировал с большим юмором, попросив только уточнить, что речь идёт о карточном шулерстве, а не воровстве тростей. Это к сентенции о позапрошлом веке.
Ещё раз повторю, что факт невинной и безвредной лжи (sic!) для меня не есть порочащий факт. Прочее (собственность, ребёнок и т.д.) - уже передёргивание с твоей стороны.
Молчание Олега, кстати, мне тоже понятно - не вижу смысла оправдываться.
Ещё раз повторю: в общем сегменте наших кругов общения есть люди, к которым действительно применимо определение "подонок". Однако ты не спешишь выступать с разоблачениями в их адрес (о кое-ком из них я готовлю большую статью - предупреждаю твой резонный вопрос).
И да, тот факт, что ты обрушился именно на Олега и подтвердил свои обвинения вполне невинными (на фоне иного) примерами, говорит исключительно о твоей предвзятости - о чём я и толкую.
Проще говоря, ты вынес свой приватный конфликт вовне, однако само содержание конфликта оставил за рамками общественного внимания. Извини, но в таком случае проще пригласить третейского судью, взаимоуважаемого обеими сторонами, сообщить ему обстоятельства - заранее согласившись принять его вердикт. В своё время не склонные к стрельбе люди так и поступали.
Ещё раз обозначу: нет, я не считаю Олега априори правым. Но и тебя - тоже. Я не подвергаю сомнению ни изложенные тобою факты, ни их неэтичность. Но и факт их обнародования тобою, исходя из изложенных выше аргументов, тоже этичным назвать не могу.
Засим остаюсь с глубоким сожалением и искренней приязнью к вам обоим.
(Супруга велит кланяться, передаёт приветы тебе, Светлане и хорьку).
8 comments or Leave a comment